Этот опус был написан специально для конкурса эссе "Родной край" на бирже копирайтига Адвего. Эссе заняло второе место: http://advego.ru/blog/read/krai/368805
P.S. Фото сверху - настоящее, тех мест, что описываются в "Глории...".
ГЛОРИЯ, ОТВЕРТКА, ЛИСС
Жарко, шумно, за соседним столиком рослые девушки в форме поставили автоматы рядом со стульями и вкусно едят питу. По левую руку от меня сидит девчонка с буйными рыжими кудрями. По правую – старушка. Тоже рыжая. Попала я. Сейчас они меня слопают. Но сначала препарируют. Вот разделаются с бутербродами, и примутся за меня.
Старушка – это Ирка, дочь. Девчонка – моя мама. Мама смотрит на мир влюбленными, молодыми изумрудными глазами. Ирка – переполнена скепсисом, в каждом движении сквозит пресыщенность и вековая усталость. Естественное состояние для тринадцати лет.
Мы с Иркой гостим у мамы Израиле. Сегодня между бабушкой и внучкой проскакивают искры и попахивает озоном: они с утра не могут остановиться, скандалят по пустякам.
Бабуля воркует:
- Пита с туной очень вкусная! Я еще купила хумус. И авокадо.
И вдруг, вне всякой логики, добавляет:
- Как они мне надоели, как я на Родину хочу…
- Бабуля, ну, какая может быть Родина?! Это совок сплошной! Нужна ты ей, Родине! – Ирка жестока: подросток.
- Зато она мне нужна.
- Ага. Нужна. Тогда что здесь сидишь, под горой Кармель, а не на своем Тереке?!
- Так сложилось. Я не могу деда бросить. Я его люблю, - мама полыхает девичьим румянцем.
Ирка облизывает пальцы (чудовище!) и берет кусок питы с бабкиной тарелки. Все, еда кончилась. Теперь мой черед.
- Ну почему, почему у нее (Ирки) культ цинизма? Мартышечка, ну, скажи мне!
Мартышечка – это я, Марта. Дочь одной и мать другой.
- Бабуля, какая любовь в твоем возрасте? Это извращение какое-то!
- Ира!
- Мама!
- Марта, да скажи ты ей!
Эти две терские казачки орут так, что не слышен гортанный иврит двухметровых дев с автоматами.
- Мы уже опаздываем - я встаю и пересчитываю шекели: правильно ли оставила чаевые.
Далее по ссылке: http://www.proza.ru/2012/03/29/664
Пожаловаться
