ЗАДАЧА
Приложение о безопасности и обращении с данными — документ, который подрядчик судебной поддержки передаёт клиенту до получения первых материалов. В нём 17 разделов: место хранения, шифрование, цепочка передачи, порядок действий при инциденте, сроки уничтожения, обращение с материалами, защищёнными профессиональной тайной, требования третьих лиц.
Документ нужен был в двух рабочих редакциях: русской и испанской. Не для ознакомления — клиент принимает ту версию, которую получил, и она порождает обязательства.
Отсюда требование: испанская редакция должна создавать те же обязательства, что и русская. Не «примерно то же», а раздел за разделом, срок за сроком.
В ЧЁМ СЛОЖНОСТЬ
Документ построен на институтах американского права. Значит перевод шёл не между двумя системами, а между тремя: понятие возникло в общем праве, изложено по-русски, должно работать для читателя из континентальной правовой традиции. Дословный перевод здесь опаснее непонятного текста — читатель узнаёт знакомое слово и подставляет своё понятие вместо чужого.
РЕШЕНИЯ И ИХ ОСНОВАНИЯ
Стороны. Provider передан как el Prestador, а не el Proveedor. Последнее применяется к поставке товаров; для услуг в испанских договорах стандарт — prestador de servicios. Это не оттенок: договор о поставке и договор об оказании услуг регулируются по-разному.
Институты без эквивалента оставлены по-английски с испанской описательной формулировкой: attorney-client privilege, attorney work product, subpoena, litigation hold, Business Associate Agreement. Испанское secreto profesional и американская привилегия отношений адвоката и доверителя — разные институты с разным объёмом и разными основаниями утраты. Подмена создала бы ложное соответствие в документе, где от точности зависит объём обязательств.
Processing — Tratamiento. Термин с выраженной привязкой к законодательству о защите данных, где он у́же. Решение сознательное: раздел 1 документа даёт собственное определение через перечень действий. Альтернативы вроде gestión de documentos означают документооборот — другое понятие, а manipulación в испанском несёт оттенок подделки и в документе о собственной работе неприемлемо.
Order of Precedence — Orden de Prelación. Устоявшийся термин, не буквальное orden de precedencia.
Material breach — incumplimiento esencial. Калька incumplimiento material в испанском праве не используется. Этот пункт даёт заказчику право прекратить работу немедленно, и он должен читаться однозначно.
Termination — resolución, а не terminación: в испанском договорном праве расторжение обозначается первым.
Сквозная согласованность. Четыре определённых термина — Materiales del Cliente, Producto de Trabajo Derivado, Archivos de Trabajo, Tratamiento — встречаются почти в каждом разделе. Отклонение в одном месте ломает связку определений и порождает спор о том, что именно охватывается сроком уничтожения.
ОБЪЁМ
17 разделов, около 40 тысяч знаков в русской редакции и 23 тысячи в испанской. Нумерация разделов и структура абзацев совпадают, чтобы обе версии можно было положить рядом и сверять построчно.
РЕЗУЛЬТАТ
Две рабочие редакции одного документа. В галерее — по пять страниц каждой: 1 и 6, 2 и 7 и так далее показывают одни и те же разделы на двух языках.
ГРАНИЦЫ РАБОТЫ
Я не юрист. Перевожу и веду терминологические решения, но не составляю документ, не оцениваю применимость условий к конкретной ситуации и не даю заключений о правовых последствиях формулировок.
О ДОКУМЕНТЕ
Это мой собственный операционный документ, а не клиентский. Публикую его именно поэтому: показать работу с договорным текстом, не раскрывая ничьих материалов.
ПОРЯДОК РАБОТЫ
1. Разбор документа до перевода. Прошёл по всем 17 разделам и составил карту связей: какой раздел на какой ссылается, где определённый термин появляется повторно, где срок из одного пункта управляет действием из другого. В договорном тексте предложение почти никогда не автономно, и переводить его в отрыве от связей — значит гарантированно порвать одну из них.
2. Определение целевой аудитории до выбора терминов. Испанский юридический язык различается между Испанией и странами Латинской Америки — в терминологии, в оборотах, местами в самих институтах. До начала работы принято решение держаться нейтрального международного регистра: конструкции, одинаково читаемые в Мадриде и в Мехико, без местных особенностей ни одной юрисдикции. Для документа, который отправляется клиентам в разные страны, это не стилистический выбор, а условие применимости.
3. Реестр терминов до перевода, а не по ходу. Каждый термин, встречающийся более одного раза, получил единственный испанский вариант, зафиксированный заранее, и дальше по тексту не варьировался ни разу — даже там, где синоним звучал бы естественнее. В договоре разнообразие формулировок читается не как стиль, а как указание на разные понятия.
4. Проверка объёма понятия, а не поиск ближайшего слова. Для каждого института из американского права проверялось, совпадает ли объём с испанским кандидатом. Где не совпадает — термин остаётся по-английски с описательной испанской формулировкой рядом. Правило: если испанское слово заставит юриста подставить своё понятие вместо чужого, слово не подходит, каким бы точным оно ни казалось.
5. Отдельный проход на естественность синтаксиса. Испанский особенно легко калькирует английский порядок слов, и результат читается как перевод, даже будучи точным. Финальный проход велся без взгляда на исходник, с одним вопросом: написан ли этот текст по-испански или переложен с другого языка. Пассивные конструкции, характерные для английского договора, заменялись на безличные обороты, принятые в испанском.
6. Сохранение структуры номер в номер. Разделы, подпункты и порядок абзацев в обеих редакциях совпадают полностью. Внутренние ссылки вида «в порядке раздела 11» обязаны вести в одно и то же место в обеих версиях, а клиент должен иметь возможность сверять построчно.
7. Сквозная проверка определённых терминов. Четыре термина заданы в первом разделе и дальше работают как связка: изменение одного меняет объём обязательств в другом. Каждое их появление проверено отдельным проходом — механически, по совпадению формулировки, а не по смыслу.
8. Проверка чисел и диакритики отдельно от текста. Все сроки, часы, дни и количества сверены попарно вне чтения: смысловая вычитка такие расхождения пропускает. Отдельно проверены надстрочные знаки — в испанском пропущенный акцент меняет слово, а вычитка на смысл его не ловит.
ПРИНЦИП
Ошибка в договорном переводе не искажает смысл, а меняет объём обязательства. Неточно переданный срок — это другой срок. Неточно переданный термин — другое основание для расторжения.
Поэтому решения принимались в пользу однозначности, а не гладкости. Там, где выбор стоял между красивой формулировкой и той, что читается единственным образом, выбиралась вторая.
ЧТО ОСТАЁТСЯ ЗА МНОЙ И ЧТО НЕТ
Отвечаю за то, что испанская редакция порождает те же обязательства, что и русская, и за обоснование каждого терминологического решения. Не оцениваю применимость условий к конкретной ситуации и не даю заключений о правовых последствиях формулировок — это работа юриста, и в самом документе это оговорено.
ЧТО ПОЛУЧИЛОСЬ
Две рабочие редакции одного документа — русская и испанская. Каждая пригодна к передаче клиенту как самостоятельный документ, без пометки «перевод» и без оговорки о том, что при расхождении главенствует оригинал.
17 разделов, совпадающая нумерация, совпадающая структура абзацев. Обе версии кладутся рядом и сверяются построчно — именно так их и прочитает юрист клиента, если решит проверить.
ЧТО ЭТО МЕНЯЕТ НА ПРАКТИКЕ
Документ отправляется до начала работ, вместе с коммерческим предложением. Клиент видит, как обращаются с его материалами, ещё не передав ни одного файла. Испаноязычному заказчику не приходится разбирать чужой язык, русскоязычному — верить переводу на слово.
Нейтральный регистр даёт отдельный практический эффект: одна испанская редакция работает и в Испании, и в странах Латинской Америки. Не нужно держать две версии и следить, какая кому ушла.
Совпадающая нумерация означает, что в переписке можно ссылаться на пункт по номеру, и обе стороны попадут в одно место независимо от того, какую версию открыли. Для документа, который цитируют в согласованиях, это условие применимости, а не удобство.
И терминологические решения зафиксированы. Если юрист клиента спросит, почему attorney-client privilege оставлен по-английски, а не переведён как secreto profesional, ответ есть — и он про разный объём понятий, а не про стиль.
ГДЕ ЭТОТ ПОДХОД ПРИМЕНЯЕТСЯ ДАЛЬШЕ
Порядок работы не привязан ни к теме документа, ни к паре языков:
— договоры и приложения, где обе редакции рабочие;
— соглашения о конфиденциальности для трансграничных сделок;
— политики и регламенты компании, применяемые в нескольких странах;
— условия оказания услуг, публикуемые на нескольких языках;
— документы, составленные в одной правовой системе, а исполняемые в другой.
Последний случай — самый частый в испанской паре. Текст, написанный в логике общего права, читает юрист континентальной традиции, и половина работы состоит в том, чтобы он не подставил привычное понятие вместо чужого.
КОМУ ЭТО НУЖНО
Компаниям, работающим с контрагентами в Испании и Латинской Америке, где обе стороны должны понимать документ одинаково. Практикам, ведущим клиентов на нескольких языках. Подрядчикам, которые передают свои условия иностранному заказчику и не хотят, чтобы документ читался как перевод.
Отдельно — тем, у кого перевод уже есть и вызывает сомнения. Сверка готового перевода с оригиналом на предмет расхождений — самостоятельная услуга, и часто более срочная, чем новый перевод.
ФОРМАТ РАБОТЫ
Перевод документа целиком либо проверка готового перевода. Реестр терминологических решений передаётся вместе с результатом: по нему видно, где выбор был очевиден, а где принималось решение и на каком основании. Объём и срок оцениваю по документу до начала работы.
